ЦеркваНовиниСтаттіІнтерв'юГалереяРесурсиАвтори 
Календар 

Православіє 
 Основи віри
 Церква

Літопис 
 Новини
 Міжнародні новини

Галерея 
 Події

Письмена 
 Храми і монастирі
 Церковна історія
 Богословіє
 Філософія, культура
 Православний погляд
 Православіє і педагогика
 Молодіжне служіння
 Церква і суспільство
 Порада мирянину
 Суспільство про Церкву
 Церква і держава
 Міжконфесійні відносини
 Розколи
 Єресі та секти
 Подія
 Ювілей
 Дата
 Люди Божі

Слово 
 Слово пастиря
 Інтерв'ю

Православний світ 
 Ресурси
 Нове у мережі
 Періодичні видання
 Православний ефір
 Релігійна статистика
 Электронная лавка
 Бібліотека

Послух 
 Автори



карта сайта
 Александр АНДРУЩЕНКО.   Неоконченная война

В начале 90-х на городских улицах появились люди в военной форме. В народе их называли «афганцами» или «интернационалистами». Им уступали места в общественном транспорте, о них сочиняли стихи, пели песни и снимали фильмы. Они не чувствовали себя героями, им не хотелось славы и денег. Было лишь одно желание – раз и навсегда вычеркнуть из памяти те страшные годы. Многим в то время обрести душевное равновесие помогла Церковь. Ежегодно, 15 февраля, по случаю вывода советских войск из Афганистана, ветераны собираются в киевском храме в честь Воскресения Христова, молятся на заупокойной литургии, а затем торжественно возлагают цветы к мемориалу погибшим товарищам. В этом году Президент Украины, вместе со спикером парламента Владимиром Литвином и головой Киевской городской государственной администрации Александром Омельченко, почтил память афганцев. А накануне своим Указом утвердил 15 февраля днем чествования воинов-интернационалистов…

В этот день к Свято-Воскресенскому храму подходили ветераны, вдовы, родители и дети погибших со всех регионов Украины. Как родных, встречал их настоятель храма протоиерей Сергий Крюк. С глубоким почтением относились к нему и афганцы. А как же иначе? Кого-то он спас от наркотической зависимости, кому-то помог достать лекарства, некоторых повенчал, окрестил и проводил в последний путь. В храм люди приходят также к Алле Васильевне Шиповой, которая является председателем приходского совета, а также комитета семей воинов, погибших в Афганистане. После трагической гибели сына она долгие годы посвятила социальной защите семей погибших. Когда-то в помещении рядом с Воскресенским храмом собиралось несколько матерей и вдов, чтобы хоть как-то поддержать друг друга. Теперь это Всеукраинская организация, которая тесно сотрудничает с подобными структурами в нашем государстве и зарубежных стран. Люди и сегодня приезжают сюда не только для того, чтобы обменяться соболезнованиями, повстречаться с друзьями – благодаря комитету многие вдовы, родители, и ветераны получили жилье, работу, оплатили расходы на заграничные операции, приобрели дорогостоящие медицинские препараты и побывали в оздоровительных центрах. Кому-то были назначены материальные пособия и индивидуальное социальное обеспечение.

На Божественной литургии храм не вместил всех присутствующих, так что панихиду служили на улице – у мемориала погибшим афганцам. Во время молитвы в церкви на всю площадь звучали имена украинцев, которые считаются погибшими или пропавшими без вести. Царила возвышенная, но в тоже время траурная атмосфера, поскольку неоднократно в памяти некоторых из присутствующих всплывали образы братьев по оружию, которых сегодня не было рядом. Их три тысячи двести восемьдесят человек. По традиции, каждый подходил к памятнику и клал в ноги «бронзовым афганцам» живые цветы. Когда панихида окончилась, а все стали расходиться, один человек так и остался стоять под постаментом и внимательно смотрел, как бы, в глаза этим солдатам.

Мы подошли к нему со словами: «Вы смотрите на них, словно хорошо знаете».
— Об этих ребятах мне рассказывал боевой товарищ. Их обоих звали Александрами, и погибли они от пуль пакистанских снайперов практически в одно время. Оказывается, на памятнике изображены два героя – реальные люди – Александр Щерба и Александр Чихирев. Их мам звали Нинами, а любимых девушек – Ленами. Ни одна, ни вторая так и не вышли замуж.

Афганская война кардинально изменила многие судьбы. Некоторых в то атеистическое время она заставила задуматься не только о земном... Так, один ветеран рассказал свою жизненную историю: "Я никогда не верил в Бога. Честно говоря, даже не задумывался о Его существовании. Но Афган заставил меня по-другому посмотреть на жизнь. Однажды наш отряд, возвращаясь с ответственного задания, пробирался по гористой местности. В горах Афганистана нужно быть начеку. Духи знают эти районы, как свои пять пальцев. Так что удар можно ожидать, откуда угодно. Вдруг мы напоролись на засаду. Завязалась перестрелка. Нас было больше, так что скоро моджахеды выбились из сил. Не успели мы перевести дыхание, как вдруг в небе появилось несколько вертолетов – нас стали обстреливать. В несколько минут все мои товарищи были убиты. Я же забился комочком под отвес скалы и от испуга не мог придти в себя. Пугала не угроза смерти. Нет! Страшнее всего было от того, что на вертолетах были красные звездочки. Они опустились ниже, словно хотели убедиться, не остался ли кто в живых. Трупы товарищей лежали на видном месте. Еще больше пугало то, что они не улетали, а снова начали массированный артобстрел, но теперь уже просто по скалам. Когда одна пуля просвистела у меня, что называется, "над ухом", я подумал: "Господи, ведь не может же все так просто закончиться! Если я выживу и вернусь на Родину, сразу пойду к попу и расскажу о своих грехах". Обстрел продолжался еще несколько минут. Но когда он прекратился, мне стало еще страшнее: Как же я вернусь к своим?! Скорее всего, меня уже вычеркнули из всех списков. И действительно, прямо с КПП меня отправили в тюремный барак. Но, оказалось, что "карательным" отрядом командовал лейтенант, которого я когда-то вытянул из-под обломков. Когда я вернулся домой, тут же пошел в храм. С тех пор каждое воскресенье хожу на богослужение».

«Эта войну мало назвать страшной, – говорит Алла Васильевна, – скорее она была жуткая. Больше всего пострадали даже не те, кто получил ранение в бою или, в крайнем случае, погиб. Под завязку «досталось» ребятам, побывавшим в плену. Те из них, которые чудом бежали, в молодом возрасте становились седыми, у них дрожали руки, а кто-то до конца жизни так и не перестал бояться темноты. Кто-то, навестив в госпитале изрезанного шомполами товарища (которому только и оставалось, что смотреть вперед) в тот же день сводил счеты с жизнью. Кому-то до сих пор кажется, что его вот-вот начнут пытать, а затем посадят на кол».

В человеке очень трудно заметить внутреннюю травму. Ведь внешне он совершенно здоров – у него есть руки, ноги, он может передвигаться. Вопрос даже не стоит в том, почему ветераны Афгана так страдают. Важно, почему медицина не может им помочь. Именно поэтому, в порыве отчаяния, родители, жены, да и сами афганцы пошли в Церковь.

«Мне давно советовали обратиться к священнику, – рассказывает мама одного солдата, – но мы не успели». Так случилось, что ее единственного сына забрали в Афганистан. У него было техническое образование, он стал сапером. Как потом говорил командир, все задания юноша выполнял с особым мастерством. Более того, в отряде он был самым младшим – его называли "сыном полка". Он очень любил собаку, с которой ходил обезвреживать мины и перед последней операцией майор сказал ему: "Валик, вижу, ты хорошо подружился с "Артистом", так что можешь забрать его на Родину". Как правило, во время миноискательных операций собака идет впереди, а по ее следам продвигаются соперы. Внезапно в нескольких метрах от ребят взорвалась мина – "Артиста" разнесло на «мелкие кусочки». С тех пор Валентин стал бояться темноты, а ночью просыпался в холодном поту. Ему постоянно слился взрыв, и чудился истошный визг умирающего пса. Много родители намучились с ним – возили по больницам, к экстрасенсам и знахарям. Однажды, даже чуть не попали в тоталитарную секту.

Благо, через некоторое время молодой человек женился. Его супруга была настоящей труженицей, и они жили счастливо. Но потом он стал реже появляться дома, бросил работу, начал выносить из дому ценные вещи. Как мать не уговаривала его изменить образ жизни, он даже не хотел слышать об этом. Скорее, наоборот, становился каким-то озлобленным. Вскоре от него ушла жена, и он стал еще более невыносимым. Причем, категорически не хотел говорить родителям о своих проблемах.
«У меня будто все оборвалось внутри, – продолжает она, вытирая слезы, – когда я увидела у него на руках красные пятна, похожие на следы от уколов шприца. Мой сын стал наркоманом. Нам посоветовали обратиться к священнику. Первая в жизни исповедь и долгие беседы с батюшкой заставили его опомниться – он начал бороться со своим недугом. Но, к сожалению, старые приятели и страшное зелье в один из моментов отчаяния взяли верх. Так он и умер от передозировки».

Благо, что некоторые матери и супруги вовремя спохватились. Когда они увидели, что их сыновья и кормильцы не могут адекватно вести себя в обществе, стали обращаться за советами к психологам и священникам. По их словам, именно они наиболее помогли в духовной реабилитации бойцов. Некоторые ребята уходили в монастырь. Первое время они ни с кем не разговаривали. «Я сейчас даже и не припомню, сколько молодых ребят были спасены от самоубийств, благодаря воцерковлению», – говорит одна из верующих мам.

Приятно наблюдать, как афганцы общаются между собой, как быстро смахивают слезы (стараясь держаться мужественно), когда узнают, что еще одного товарища «не стало», с каким сочувствием реагируют, когда говорят, что афганская семья находится в тяжелом материальном положении. Складывалось впечатление, что эти люди не виделись несколько десятилетий.

У одной плиты стоял человек в военной форме с полковничьими пагонами. Он держал в руке свечку, и, по всей видимости, о чем-то напряженно думал. Все бы ничего, только вот яркая седина да страдальческий отпечаток на моложавом лице… Я подошел к нему со словами: "Товарищ полковник, у Вас воск со свечи на мундир капает".

— Да? А я и не заметил, – ответил он с некоторой растерянностью.
— Видите здесь знакомые имена?
— Да, в этом списке значится водитель моего БТРа. Я живу в России, но раз в несколько лет приезжаю сюда, чтобы положить цветы и поставить в этом храме свечу о его упокоении. За несколько дней до вывода войск ко мне приехала жена с маленькой дочкой. Они побыли у нас некоторое время – я думал отправить их вместе с солдатами, которые должны были изо дня на день покинуть Афган. Они сели в БТР и поехали. Но не успели скрыться за скалами, как раздался взрыв. Так что все трое: водитель, жена и дочь погибли на моих глазах. В поезде по пути домой мне посоветовали заказать в церкви о них панихиду. Заупокойное богослужение произвело на меня сильное впечатление. Я стал православным христианином – молился не только за семью, но и за своих боевых товарищей. В последствии меня назначили старостой храма, и я решил вкладывать средства в реабилитацию и социальную защиту ветеранов Афгана.

Вот такие люди собрались в воскресное утро у Свято-Воскресенского храма столицы. Окончилась панихида, отдали честь погибшим руководители государства, разъехались высокие военные чины… Еще несколько часов возле «бронзовых афганцев» были люди. Многие преодолели сотни километров, чтобы поставить свечку в храме, прослушать список убиенных, положить цветы на могильную плиту. И, наконец, поговорить со священниками, родителями, вдовами, ветеранами или просто с незнакомыми людьми. «Афганцы не привыкли жаловаться на судьбу, – говорит священник-ветеран, но один раз в год, 15 февраля, они позволяют себе поделиться с кем-то своим горем».

Каждый, наверное, помнит, как празднуется День победы (9-е мая) – торжественным парадом по улицам городов проходят фронтовики, люди поднимают бокалы, ликуя от радости. Только ветераны Афгана не чувствуют себя победителями…





 Священник Евгений Милешкин: «Онкологическая больница — это дом скорби, каждый кирпич которого плачет»
 Олександр АНДРУЩЕНКО. Чи насправді православні не йдуть до армії?!
 Олександр АНДРУЩЕНКО. Протоієрей Костянтин Курбанов: „Багатодітність — знак якості родини”
 Олександр АНДРУЩЕНКО. „Поет на колясці”
 Олександр АНДРУЩЕНКО. Подарунок найсильнішим
 Александр АНДРУЩЕНКО. Крестный путь священномученика Владимира (Богоявленского)
 Александр АНДРУЩЕНКО. Ах, молодежь..
 Александр АНДРУЩЕНКО. Нищие, которых любит Церковь
 Александр АНДРУЩЕНКО. Стяжатели и нестяжатели
 Александр АНДРУЩЕНКО. Как себя мы поведем, так и по жизни поплывем
 Александр АНДРУЩЕНКО. Пещерный город
 Александр АНДРУЩЕНКО. Нельзя построить дом на песке
 Александр АНДРУЩЕНКО. На чужой территории
 Александр АНДРУЩЕНКО. За что же?!
 Александр АНДРУЩЕНКО. Не опоздать бы!
 Александр АНДРУЩЕНКО. Что читает современная молодежь?!
 Александр АНДРУЩЕНКО. И в зоне ведь тоже люди!
 Александр АНДРУЩЕНКО. Генералы песчаных карьеров
 Александр АНДРУЩЕНКО. Всe мы верим в Промысел по-своему..
 Александр АНДРУЩЕНКО. Православная исповедь и ее психологические основы
 Александр АНДРУЩЕНКО. Школьный храм
 Александр АНДРУЩЕНКО. Тихая пристань
 Александр АНДРУЩЕНКО. Не спешите их хоронить
 Александр АНДРУЩЕНКО. Что делать молодежи в Церкви…
 Александр АНДРУЩЕНКО. “Не обижайте наставников Ваших..”.
 Александр АНДРУЩЕНКО. На пути к духовному единству… (Крестный путь протопресвитера Гавриила Костельника)
 Александр АНДРУЩЕНКО. Более десяти лет женщина борется за жизнь своих приемных детей
 Александр Андрущенко
 Александр АНДРУЩЕНКО. Как гора монастырская стала сатанинскою
 

© Архивная версия Официального сервера УПЦ "Православие в Украине" 2003-2006 год Orthodoxy.org.ua
(при перепечатке материалов - активная индексируемая ссылка на archivorthodoxy.com обязательна)

Каталог Православное Христианство.Ру