ЦеркваНовиниСтаттіІнтерв'юГалереяРесурсиАвтори 
Календар 

Православіє 
 Основи віри
 Церква

Літопис 
 Новини
 Міжнародні новини

Галерея 
 Події

Письмена 
 Храми і монастирі
 Церковна історія
 Богословіє
 Філософія, культура
 Православний погляд
 Православіє і педагогика
 Молодіжне служіння
 Церква і суспільство
 Порада мирянину
 Суспільство про Церкву
 Церква і держава
 Міжконфесійні відносини
 Розколи
 Єресі та секти
 Подія
 Ювілей
 Дата
 Люди Божі

Слово 
 Слово пастиря
 Інтерв'ю

Православний світ 
 Ресурси
 Нове у мережі
 Періодичні видання
 Православний ефір
 Релігійна статистика
 Электронная лавка
 Бібліотека

Послух 
 Автори



карта сайта
    Анафема: Сущность и история

В нынешнем году исполнилось 5 лет с момента анафематствования лжепатриарха Филарета Денисенко.

Термин "анафема" - греческий. У древнегреческих языческих авторов Гомера, Софокла и Геродота он обозначал "нечто посвященное богу; дар, приношение в храм", т.е. нечто отделенное, чуждое обыденному употреблению. В Септуагинте - переводе Ветхозаветной части Библии на греческий язык, осуществленном 70-тью толковниками, - термин "анафема" употреблен для передачи древнееврейского слова "herem", которое обозначает нечто проклятое, отверженное людьми и обреченное на уничтожение (Числ. 21:2-3; Лев. 27: 28 и след.; Втор. 7:26; 13:15 (16), 17; 20:17; Нав. 6:17 и след.; 7:11 и след.; Зах. 14:11; и др.). В этом смысле термин "анафема" употребляется и в Новом Завете, а именно - в посланиях святого апостола Павла (1 Кор. 12:3; 16:22; Гал. 1:8-9; Рим. 9:3). В одном из случаев апостол использует особую форму проклятия: "Кто не любит Господа Иисуса, - анафема, маран-афа" (1 Кор. 16:22), где добавление "маран-афа" - арамейского "Господь близко" - указывает на будущее пришествие Христа, Который только и может окончательно решить участь грешника. Использование анафемы в истории Церкви против еретиков, раскольников и грубых нарушителей церковной дисциплины основано на употреблении этого термина в посланиях святого апостола Павла (Гал. 1:8-9; 1 Кор. 16:22). Первое официальное употребление Церковью термина "анафема" отражено в канонах Эльвирского Собора (после 300 г.), а каноническая формула "если кто-либо… да будет анафема" утвердилась в церковных канонах, начиная с Гангрского Собора (ок. 340 г.). В Византии изредка использовался и термин "катафема" - нечто преданное проклятию, - который в значении "проклятие" также присутствует в Новом Завете (Откр. 22:3) и "Учении 12 апостолов" (Дидахэ).
Прообраз анафемы можно видеть в практиковавшемся в раннем иудаизме отлучении от синагоги, которое применялось, в частности, к исповедавшим Христа как Мессию, о чем упоминает Новый Завет (Ин. 9:22; 12:42; 16:2).
Анафема в православном понимании - это отлучение христианина от общения с верными и от святых таинств, применяемое в качестве высшей церковной кары за тяжкие прегрешения - прежде всего за измену Православию и уклонение в ересь или раскол - и соборно провозглашаемое. Церковную анафему, известную еще как "великое отлучение", не следует смешивать с так называемым "отлучением", которое иногда именуется еще "малым отлучением". Последнее представляет собой временное исключение человека из церковной общины с запретом участвовать в таинствах и - для духовенства - занимать церковные должности. В отличие от анафемы, малое отлучение служит наказанием за меньшие проступки, например, воровство, блуд, участие в получении церковной должности с помощью взятки, не требует соборного решения и не нуждается в соборном провозглашении для вступления в силу.
Основанием церковной анафемы служат слова Христа: "…если и Церкви не послушает, то да будет он тебе как язычник и мытарь" (Мф. 18:17). Обращенная к лицу или группе лиц, чьи мысли и действия угрожают чистоте вероучения и единству Церкви, анафема является "врачующим" актом изоляции от сообщества верующих, актом воспитательным и в отношении анафематствованного и в отноше-нии сообщества верных. Если анафема налагается после смерти, то это означает запрет на поминове-ние души усопшего, панихид и зау-покойных служб, произнесение разрешительных молитв. Анафема применяется после неоднократных тщетных попыток вызвать у совершившего преступление покаяние и с надеж-дой на покаяние и возвращение его в церковное общение в будущем, а, следовательно, и на спасение его. Еще в Средневековье как на Западе, так и на православном Востоке утвердилось мнение блаженного Августина о том, что святое Крещение препятствует полному исключению человека из Церкви и даже анафема не закрывает окончательно пути к спасению. Тем не менее предание анафеме перешло в раннесредневековую эпоху на Западе как "предание на вечную погибель", применяв-шееся, правда, только за смертные грехи и только в случае особенного упорства в заблуждениях и неспо-собности к исправлению. Католическая традиция продолжает считать анафему проклятием и утратой надежд на спасение.
Снятие анафемы в Православной Церкви происходит посредством сложного юридического действия, включающего: а) покаяние анафематствованного лица, которое производится в особом порядке, как правило, публичном; покаяние приносится непосредственно через обращение к органу церковной власти, наложившему анафему, либо через лицо, им назначенное (например, через духовника); б) при наличии достаточных оснований (искренность и полнота раскаяния, исполнение положенного церковного наказания, отсутствие опасности со стороны анафематствованного для других членов Церкви) принятие решения органом, вынесшим взыскание, о прощении данного лица. Анафема может быть снята и после смерти - в этом случае вновь допускаются все виды поминовения усопшего.
Использование анафемы во внецерковных целях, в частности политических, не имеет основания в каноническом праве. Однако в условиях тесного сближения цер-ковной и светской власти в православных государствах иногда имела место анафема поли-тического характера. В истории Ви-зантии известны случаи предания анафеме мятежников и узурпаторов императорской власти, сопровождавшиеся порой резким протестом со стороны духовенства. В истории Русской Церкви имел место случай, когда на Собо-ре 1667 г. возник спор между греческими и русскими епископами относитель-но допустимости анафемы для заговорщиков, пытающихся свергнуть существующую власть. Греки, ссылаясь на некое Александрийское патриаршее "собрание законов", настаивали на анафеме для таких лиц, однако русские епископы не видели оснований отлучать от Церкви людей, выступающих не против церковной, а против светской власти. Но при императоре Петре I, в условиях полного контроля государства над Церковью, имел место случай наложения анафемы на государственного преступника (мятежника) не собором епископов, а императорским указом.
Применение анафемы в истории Церкви каждый раз диктовалось целым рядом конкрет-ных обстоятельств, среди которых главную роль играла степень опас-ности для церковного сообщества наказуемого деяния или лица. Осо-бую сложность проблеме анафемы придает ее одновременно богословский и юридический характер. Ввиду серьезности и ответствен-ности такого шага, как предание кого-либо анафеме, уполномоченным ор-ганом для этого мог быть первона-чально только представительный собор архиереев, синод во главе с Патриархом, а в наиболее сложных случаях - Вселенский Собор. Патриархи даже в тех случаях, когда едино-лично решали вопрос о предании кого-либо анафеме, предпочитали предста-вить это как официальное соборное реше-ние. В Русской Православной Церкви, согласно Ее Уставу, "канонические прещения, такие, как... отлучение от Церкви через анафематствование, налагаются епар-хиальным архиереем или Патриар-хом Московским и всея Руси и Свя-щенным Синодом только по представлению церковного суда" (VII:15).
С 843 г. - времени восстановления иконопочитания в Византии - в православной богослужебной тради-ции существует особый чин "Торжества Православия", представляющий собой еже-годное провозглашение спаситель-ных догматов веры, анафемы еретикам, "Вечной памяти" усопшим и много-летия здравствующим верным. Наиболее драматичным случаем применения церковной анафемы было взаимное анафематствование папских легатов - кардиналов Фридриха (будущий папа Римский Стефан X) и Гумберта и архиепископа Амальфи Петра - и Константинопольского Патриарха Михаила I Кирулария в 1054 г., что послужило формальным поводом для беспово-ротного разделения Западной (католической) и Восточной (православной) христианских Церквей. В 1964 г. в Иерусалиме по инициативе Афинагора, Патриарха Константинопольского (+1972), состоялась его встреча с папой Римским Павлом VI. Результатом встречи стала отмена взаимных анафем, существовавших с 1054 г.
Применение анафемы в Православной Церкви на Руси имело ряд существенных особенностей по сравнению с древней Церковью. В истории РПЦ, в отличие от византийской Церкви, не было такого количества ересей, она почти не знала случаев явного отпадения от христианства в язычество или иные религии. В домонгольскую эпоху возник ряд правил, направленных против языческих обрядов. Так, правила 15-е и 16-е митрополита Киевского Иоанна (1077-1089) объявляют "чуждыми нашей веры и отверженными от соборной Церкви" всех, кто приносит жертвы на вершинах гор, у болот и колодцев, не соблюдает установления христианского брака и не причащается хотя бы раз в год. По правилу 2-му митрополита Киевского Кирилла (ок. 1247-1281), отлучение от Церкви грозило тем, кто в церковные праздники устраивал шумные игры и кулачные бои, причем погибшие в таких боях предавались проклятию "в сии век и в будущий". Кроме того, правило 5-е митрополита Иоанна отлучает от Церкви непричащающихся и употребляющих мясо и "скверное" в Великий пост, правило 23-е - лиц, продающих христиан в рабство "поганым", правила 25-е и 26-е - вступивших в кровосмесительные браки.
В борьбе с ересями, сек-тами и расколами характерной чертой РПЦ являлось осторожное и взвешенное при-менение анафемы: она провозглашалась только непримиримым раскольникам и еретикам. В 1375 г. были отлучены от Церкви носители новгородско-псковской ереси "стригольников", которая нашла свое продолжение в XV - начале XVI в. в новгородско-московской ереси "жидовствующих", анафематствованных, в свою очередь, в 1490 и 1504 гг. Своеобразным явлением Русской Церкви стал старооб-рядческий раскол 1686-1667 гг., возникший на почве несогласия с ис-правлением церковных книг и обря-дов по греческому образцу. Анафема расколь-никам старообрядцам была провозглаше-на на Соборах 1666-1667 гг. и снята Собором РПЦ 1971 г. Церковное отлучение провозглашалось также против лиц, совершав-ших тяжкие преступления против государства: самозванцев, бунтовщиков, изменников. Во всех этих конфлик-тах со светской властью присутство-вал, однако, элемент выступления и против Православия - либо в фор-ме сговора с еретиками (измена гетмана Украины Ивана Мазепы в 1709 во время вой-ны со шведами), либо и виде прямых гонений на Церковь, как во время крестьянской войны конца XVIII в. под предводительством Е.Пугачева.
Чин Торжества Православия, пришедший в Русскую Церковь по-сле крещения Руси, постепенно под-вергался здесь изменениям и дополне-ниям: в конце XV в. в него были включены имена предводителей "жидовствующих", в XVII в. - имена изменника и самозванца Г.Отрепьева и мятежника С.Разина, в XVIII в. - имя И.Мазепы. Чин, допускавший изменения со стороны епархиальных епископов, с течением вре-мени утратил единообразие, поэтому Святейший Синод в 1764 г. ввел его новую, исправленную редак-цию, обязательную для всех епархий. В 1801 г. чин был су-щественно сокращен: в нем перечис-лены только сами ереси, без упоми-нания имен еретиков, а из имен государственных преступников оставлены Г.От-репьев и И.Мазепа. Позднее, в редакции 1860 г., эти имена также были опущены - вместо них в чине появилась общая фраза о "дерзаю-щих на бунт" против "православных государей".
Большой резонанс получило отлучение от Церкви писателя Л.Н.Толстого, осуществленное Святейшим Си-нодом 20-23 февраля 1901 г. В Опре-делении Синода Л.Н.Толстой назван "лжеучителем", проповедующим "ниспровержение всех догматов Православной Церкви и самой сущ-ности веры христианской", который, "ругаясь над самыми священными предметами веры православного на-рода, не содрогнулся подвергнуть глумлению величайшее из Таинств - святую Евхаристию. ...Бывшие же к его вразумлению попытки не увен-чались успехом. Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею". Вместо слова "анафема" в Определении Синода употреблены выражения "отторг себя сам от всякого общения с Церковью Православной", "отпа-дение его от Церкви". 4 апреля 1901 г. Л.Н.Толстой выступил с ответом на Определение Святейшего Синода, в котором заявил: "Я действительно от-рекся от Церкви, перестал испол-нять ее обряды и написал в завеща-нии своим близким, чтобы они, когда я буду умирать, не допускали ко мне церковных служителей... То, что я отвергаю непонятную Троицу и басню о падении первого челонека, историю о Боге, родившемся от Де-вы, искупающем род человеческий, то это совершенно справедливо" (Духовная трагедия Льва Толстого. М., 1995, с.88). В 2001 г. правнук писателя В.Толстой обратился к Святейшему Патриарху Алексию II с про-сьбой о снятии отлучения с Л.Н.Толстого. В ответе корреспондентам по этому вопросу Его Святейшество сказал: граф Толстой отказался быть православным христианином, отказался быть членом Церкви, мы не отрица-ем, что это гений литературы, но у него есть явно антихристианские произведения: вправе ли мы через 100 лет навя-зывать человеку то, от чего он отка-зался?
Святейший Патриарх Тихон дваж-ды анафематствовал "творящих без-закония и гонителей веры и Церкви Православной": в 1918 г. в связи с начавшимися гонениями и в 1922 г. в связи с изъятием из церквей священных предметов под предлогом по-мощи голодающим. Антирелигиозная политика властей в конце 50-х - 60-х гг. вызвала по-явление Постановления Патриарха и Священного Синода от 30 декабря 1959 г. "О публично похуливших Имя Божие": священнослужителей, совер-шивших это преступление, "считать извергнутыми из священного сана и лишенными всякого церковного об-щения", мирян - "отлучить от Церкви". Во время октябрьского вооруженного противостояния 1993 г. у Белого Дома в Москве Священный Си-нод РПЦ обратился с Заявлением, призывая людей одуматься, избрать путь диалога. Кроме того, Святей-ший Патриарх Алексий II, Священный Синод и иерархи, прибывшие в день памяти преподобного Сергия Радонежского в Троице-Сергиеву лавру, выступили с Обращением, в котором, не называя конкретных имен, осудили тех, кто пролил невинную кровь ближних своих, - "эта кровь вопиет к Небу и, как предупреждала святая Цер-ковь, останется несмываемой каино-вой печатью" на совести их.
Архиерейский Собор РПЦ 1994 г. в Определении "О псевдохристианских сектах, неоязычестве и оккуль-тизме", следуя апостольской тради-ции, произнес слова отлучения (анафему) тем, кто разделяет учения сект, "но-вых религиозных движений", язы-чества, астрологических, теософ-ских, спиритических обществ и т.п., объявляющих войну Церкви Христовой.
Архиерейский Собор РПЦ 1997 г. отлучил от Церкви монаха Филарета (Михаила Антоновича Денисенко) - бывшего митрополита Киевского и всея Украины, учинившего в Украине в 1992 г. церковный раскол. Лишенный всех степеней священства на Архиерейском Соборе 1992 г., предупрежденный Архиерейским Собором 1994 г. о том, что в случае продолжения раскольнической деятельности он будет анафематствован, Филарет продолжал совершать "богослужения" и лжехиротонии; "не имея священного сана, монах Филарет, к соблазну многих, дерзнул наименовать себя "патриархом Киевским и всея Руси-Украины"", своими преступными деяниями продолжал наносить урон Православию. В этой связи Собор определил: "отлучить монаха Филарета (Михаила Антоновича Денисенко) от Церкви Христовой. Да будет он анафема пред всем народом". Собор предупредил участвующих в преступной деятельности бывшего монаха Филарета, призвал их к покаянию - в противном случае они будут отлучены от церковного общения через анафематствование. Собор известил Предстоятелей Поместных православных Церквей об анафематствовании бывшего монаха Филарета (Денисенко).

(По материалам "Православной Энциклопедии")



СВЯТОЙ СВЯЩЕННОМУЧЕНИК ВЛАДИМИР (БОГОЯВЛЕНСКИЙ),
МИТРОПОЛИТ КИЕВСКИЙ И ГАЛИЦКИЙ (+1918).
ИЗ СОЧИНЕНИЯ "О ПРАВЕ ЦЕРКОВНОГО ОТЛУЧЕНИЯ,
ИЛИ АНАФЕМАТСТВОВАНИЯ"


"Всякое человеческое общество, установившееся с какою-либо внешнею целью, имеет полное право исключать из среды своей тех из своих сочленов, которые не только не исполняют принятых на себя обязанностей, но и противодействуют стремлениям общества, задерживая таким образом достижение намеченных целей. …Тем более уместно и необходимо право отлучения в религиозных обществах, которые зиждутся единственно на нравственных началах, имеют высшие нравственные задачи, для достижения которых употребляют только нравственные средства. Право исключать из среды своей тех из членов, которые своим неблагоповедением, несоблюдением общественных правил и законов являются соблазном для других и наносят вред религии, служит в таких обществах главным условием их благосостояния, единственным средством сохранить свою честь и достоинство, а изверженных привести к раскаянию и исправлению. Поэтому, если не во всех, то, по крайней мере, в очень многих из древних языческих религий существовали такие учреждения и обряды, которые тесно связаны с этим правом отлучения, как свидетельствует об этом история. …Если таким образом все вообще внехристианские религии, не только языческие, а и богооткровенная иудейская ветхозаветная, в интересах своей чести и достоинства и в видах исправления порочных членов своих, находили нужным исторгать их из среды своей - отлучать, то точно так же и Христианская Церковь, как общество верующих, должна пользоваться этим средством, и пользоваться тем в больших размерах, чем труднее исполнение ее нравственных требований для естественного человека и чем меньше присущи ей, как чисто духовной власти, внешние, принудительные, насильственные меры…
Как ясно вручил Господь апостолам и их преемникам право и власть крестить и таким образом вводить в Церковь достойных, так точно ясно же уполномочил Он их и отлучать от нее недостойных… Отлучение… состоит не в одном только внешнем изъятии или отделении от общества верующих, но сопровождается несравненно более важными последствиями и действиями - последствиями духовно-нравственного свойства… Грех и произведенное им разобщение с Богом есть необходимое предположение действительного отлучения. Внутренняя сущность последнего состоит в том, что оно подвергает грешника, и без того разобщенного с Богом, еще большей опасности… Ибо оно лишает человека той помощи и благодати, которые Церковь предлагает всем своим собратьям. Оно отнимает у него те блага и преимущества, которые приобретены им в Таинстве св.Крещения. Оно совсем отсекает его от церковного организма. Для отлученного чужды и недействительны уже заслуги и ходатайства святых, молитвы и добрые дела верующих. Ему недоступно принятие Святых Тайн, он лишен и тех благ, которые отсюда изливаются на верующих чад Церкви. Он оторван от Христа и Его живого Тела… Грешник и безбожный нечестивец, пока его не коснулось еще отлучение, все еще член Церкви, и хотя он сам по себе уже не участвует в ее благодати, но молитвы, нравственные заслуги и добродетели его собратий могут исходатайствовать ему снова Божию милость и благоволение; отлученному же недоступна и эта косвенная помощь, он исключительно предоставлен самому себе и, лишенный благодатных средств, всегда присущих Церкви, без опоры и помощи, без защиты и обороны, предан во власть лукавого…
Но хотя отлучение, как видно из сказанного, есть самое большое и самое тяжкое из всех церковных наказаний, хотя оно отнимает у отлученного закоснелого грешника все духовные блага, приобретенные им через святое Крещение, однако Церковь, подвергая его этому наказанию, отнюдь не имеет целью отрезать ему, так сказать, путь к спасению и причинить вечную погибель, но наоборот, хочет привести его к этому спасению, возвратить на истинный путь… Что Церковь при отлучении имеет своею целью прежде всего исправление и спасение отлучаемого, это не раз и весьма ясно засвидетельствовано в Священном Писании. Так, апостол Павел предал коринфского кровосмесника сатане в измождение плоти, чтобы спасти дух его. Каким же образом может совершиться это спасительное действие отлучения?.. В ответ на этот неизбежный и насущный вопрос нужно помнить, что грешник, отлученный от Церкви, вообразив всю великость наказания и несчастия, постигшего его, представив себе ту страшную бездну, в которую низринут он, те опасности, которыми угрожает ему отторжение от недр Церкви и тела Христова, не может не отрезвиться и не прийти к сознанию своего печального положения и не восчувствовать глубокой скорби. А эта скорбь, это сознание… должны переломить его упорство и сопротивление, которыми он отвечал на все требования Церкви. В этом случае он, так сказать, вынужден бывает переменить превратный образ своей жизни и мыслей и в чувствах раскаяния возвратиться в недра Церкви…
Впрочем, при определении наказания отлучения внимание церковной власти обращается не на одно только лицо отлучаемого, но также и на честь Церкви и благо ее членов. Так как честь и достоинство Церкви первее всего состоит в том, чтобы члены ее чистотою своих нравов… доказывали истинность своей религии и Божественность ее происхождения, то по мере развития между ними беззаконий и порока она теряла бы свой авторитет и уважение, и тем более унизила бы свое достоинство, если бы стала держать в своих недрах или, по крайней мере, оставлять безнаказанными отъявленных и грубых грешников… Третья цель, преследуемая Церковью при отлучении от общения с собою публичных грешников, есть благополучие и предохранение от опасности заразы остальных членов ее".





 Митрополит Минский и Слуцкий ФИЛАРЕТ, Патриарший Экзарх Белоруссии. Эпидемия СПИДа как результат нравственного упадка общества
 Митрополит Минский и Слуцкий ФИЛАРЕТ, Патриарший Экзарх всея Беларуси. Путь жизнеутверждающей любви
 Митрополит Минский и Слуцкий Филарет. «Когда государственный орган помогает, а не вредит Церкви, он, может быть, имеет право на существование»
 Митрополит Минский и Слуцкий ФИЛАРЕТ. "Прежде всего мы должны сами почувствовать себя православными"
 

© Архивная версия Официального сервера УПЦ "Православие в Украине" 2003-2006 год Orthodoxy.org.ua
(при перепечатке материалов - активная индексируемая ссылка на archivorthodoxy.com обязательна)

Каталог Православное Христианство.Ру