ЦеркваНовиниСтаттіІнтерв'юГалереяРесурсиАвтори 
Календар 

Православіє 
 Основи віри
 Церква

Літопис 
 Новини
 Міжнародні новини

Галерея 
 Події

Письмена 
 Храми і монастирі
 Церковна історія
 Богословіє
 Філософія, культура
 Православний погляд
 Православіє і педагогика
 Молодіжне служіння
 Церква і суспільство
 Порада мирянину
 Суспільство про Церкву
 Церква і держава
 Міжконфесійні відносини
 Розколи
 Єресі та секти
 Подія
 Ювілей
 Дата
 Люди Божі

Слово 
 Слово пастиря
 Інтерв'ю

Православний світ 
 Ресурси
 Нове у мережі
 Періодичні видання
 Православний ефір
 Релігійна статистика
 Электронная лавка
 Бібліотека

Послух 
 Автори



карта сайта
 Юлия КОМИНКО.   Кто победит в романе Достоевского?

По нашей университетской группе было видно, что мы читаем «Карамазовых». Это не просто книга. Это эпоха. Начинаешь читать – и возникают особые мысли, чувства, особое мышление и восприятие окружающих. Смотришь на мир уже другими глазами. И пускай длится это время не так уж и долго (800 страниц проносятся как один миг), но, прочитав роман, уже не сможешь вести себя так, как раньше. Впускаешь в свою душу Достоевского – и она обретает крылья.… Ко дню семинара по русской литературе, посвященному роману, студенты стали разговаривать друг с другом вполголоса, спокойно, ласково и дружелюбно. В каждом из нас, хотя и в разной степени, угадывался Алеша Карамазов. «Человек странный, даже чудак», - как говорил о нем Достоевский, оказался для читателя самым нужным, близким и родным. Все по нему затосковали…

...Литературоведы уверяют, что, описав жизнь Карамазовых, раскрыв характеры отца и братьев, Достоевский тем самым показал душу русского человека. Семья – это душа, а ее члены – это стороны души, объединенные в одно целое, но совершенно разные.
Отец Федор Павлович – человек не только «дрянной и развратный», но и бестолковый. «Ничтожный мозгляк, …сладострастнейший человек, готовый прильнуть к какой угодно юбке» не только безобразно проводил жизнь свою, но и портил другие. Первая его жена, Аделаида Ивановна, натерпевшись от супруга, бросила дом и «сбежала.., оставив Федору Павловичу на руках трехлетнего Митю». Совсем скоро она «как-то вдруг умерла, где-то на чердаке». Вторую жену – феноменально кроткую и смиренную, своим пренебрежением и оргиями «с дурными женщинами» прямо в их доме он довел сначала до сумасшествия, а затем и до могилы. Осталось у него на руках три сына.

Митю – старшенького – спровадил из дому в четыре года, и до совершеннолетия тот кочевал по родственникам. «Легкомысленный, буйный, со страстями, нетерпеливый, кутила», он был очень похож на Федора Павловича. Но в нем не было отцовской подлости, низости – напротив, человек он был благородный, честный, хотя и безрассудный. Именно ему благочестивый старец-подвижник поклонился в ноги за будущие страдания.

Иван Федорович – второй сын – образованный, интеллигентный, «пылкий к добрым делам», но гордый и высокомерный. Воспитанный без родительского внимания, впрочем, как и остальные его братья, он научился сам себя обеспечивать. Это дало ему преимущество не зависеть в денежном плане от своего вздорного и своенравного отца.

Третий сын Алеша – «ранний человеколюбец». От совершеннолетия он помышлял только о монастырской жизни. «Она одна поразила его и представила ему… идеал исхода рвавшейся из мрака мирской злобы к свету любви души его. И поразила-то его эта дорога лишь потому, что на ней он встретил тогда необыкновенное, по его мнению существо – нашего знаменитого монастырского старца Зосиму. К которому привязался всею горячею первою любовью своего неутолимого сердца».

Основное действие романа начинается тогда, когда все члены семьи собираются вместе. Не так важно, какие события происходят, кто с кем ссорится и из-за чего. Интересно, какие противоречия возникают в этом прообразе человеческой души.
Отец лукавит, обманывает, делает все назло другим и ни капельки ни с кем не считается. Он – носитель всевозможных пороков. Митя – добрый, честный, но живет только необдуманными порывами, которые полностью руководят им, не давая осмотреться. Иван – слишком рационалистичен, он все знает и по любому вопросу имеет свое мнение. Его ничего не радует, не впечатляет, и удивить его практически невозможно. Алеша – воплощенная любовь, которая все прощает, не обращает внимания на чужие недостатки и промахи. В нем совершенно нет карамазовского зла. И он единственно верующий из всей этой семьи.

Похоже, именно за эту восторженную чистую веру в Христа Достоевский так сильно любит своего героя. Алеша – это все чистое, что есть или могло бы быть в нас. Именно этого юношу в романе любили все, где бы он ни появлялся, и именно его любит до сих пор каждый, кто только берет в руки книгу. Когда узнаешь Алешу, невольно начинаешь озираться вокруг в поисках подобного человека в реальном окружающем мире. Да что там в мире! В самом себе проводишь «генеральную» уборку с надеждой обнаружить хотя бы малюсенькую частичку его доброты, веры в людей и удивительной любви. «…Всю жизнь он жил, совершенно веря в людей… Что-то было в нем, что говорило и внушало, что он не хочет быть судьей людей, что он не захочет взять на себя осуждения и ни за что не осудит. Казалось даже, что он все допускал, нимало не осуждая, хотя часто очень горько грустя». У Алеши был дар возбуждать к себе особенную любовь. Даже отец его – гнусный и мерзкий человек – так полюбил юношу, что иначе как ангелом и не называл. И неудивительно, что этот чистый и добрый человек потянулся к монастырской жизни.

Событиям в «Братьях Карамазовых» писатель уделяет намного меньше места и времени, чем описанию чувств и переживаний героев. И написанного настолько много, что в голове одного человека это физически не может уложиться. Книгу нужно перечитывать бесчисленное количество раз, чтобы вместить и осознать все, что сказал Достоевский. Это уникально. Дочитывая роман, невозможно отделаться от ощущения, что и это недопонято, и в том не разобрался, и здесь еще сокрыт какой-то жизненно необходимый смысл.

Эпоха, а не книга! Ведь чувств и мыслей, которые переживаешь, читая роман, хватило бы еще на одну новую полноценную жизнь.

Вехи-главы творения Достоевского отчетливо запечатлеваются в уме и сердце.
Вот, к примеру, история отношений Карамазовых. Любовь и доброта противостоит злости и взаимному презрению, необузданность и безрассудство – сухому рационализму и смирению, страсти и пороки – целомудренности и добродетелям.
Вот — жизнь провинциального монастыря. Здесь есть благочестивые монахи-подвижники, мудрый настоятель, жизнь в Боге и для Бога. Здесь есть старец Зосима. Достоевский так говорит об иночестве, что посреди грязи и мерзости происходящих в романе событий, просто необходимо время от времени омываться чистыми водами описания мирной и святой монастырской жизни. Диву даешься, как рядом с такими святынями могут уживаться пороки и беззакония!

Вот — истории любви героев. Кстати, любовь мужчины и женщины в романе не трогательна. Наоборот – истерична, необуздана, унизительна и приносит мучение. Из-за подобной любви погибают все, кроме Алеши, который храним любовью к Богу.
А вот итог карамазовской жизни – убитый отец, несправедливо приговоренный к каторге старший сын, обезумевший средний и глубоко скорбящий младший. Заключительные главы романа – смерть, суд, непрощение, раскаяние, похороны и слезы.

Но над всем этим – «Бог победит!». Это убеждение Алеши покрывает любое горе или испытание. В романе нет ни капли отчаяния или безнадежности. Убили Федора Павловича, убийца на свободе, вне подозрений, а осудили невиновного Митю – «Бог победит!» Не выдержал Иван издевательств беса, сломался, заболел душевно – все равно «Бог победит!». Все, все преодолеется, люди переживут и вынесут испытания, все наладится. Бог победит! В финале «Братьев Карамазовых» очень много горя и страданий, но эти страдания спасительны, целебны, посланы Богом для вразумления и исправления. Они благодатны.

Самое главное в романе – присутствие Христа. Пускай почти все герои не верят в Него, а если и верят, то не считают необходимым к Нему обращаться. Но именно Он незримо руководит, испытывает людей и направляет их ко спасению. В поэме «Великий инквизитор», которую сочинил Иван, Господь вообще все время молчит. Говорит только Великий инквизитор, объясняя Христу, что Он неправильно поступил, дав людям свободу, и что она на самом деле человечеству совершенно не нужна. Даже в тягость: «Говорю тебе, что нет у человека заботы мучительнее, как найти того, кому бы передать поскорее тот дар свободы, с которым это несчастное существо рождается».

Вообще, Достоевский посвящает размышлениям и сомнениям Ивана Карамазова очень много места. И эти главы – чуть ли не самые основные в книге. Ведь Ивана мучают такие же сомнения, как и современных людей. Мы часто не находим ответов на спорные вопросы о справедливости, Божественном милосердии и его границах, месте Бога, веры и Церкви в нашей жизни. В этом смысле роман – антология объяснения самых сокровенных мыслей.

Но, отвечая на выпады Ивана против Церкви и Бога, Достоевский показывает, как далеко может зайти человек в таких сомнениях. «…От высшей гармонии совершенно отказываюсь. Не стоит она слезинки хотя бы одного только замученного ребенка, который бил себя кулачонком в грудь и молился в зловонной конуре своей неискупленными слезками своими к «Боженьке»!» Такими словами Иван обрушивается на твердо верующего в милосердие Божие Алешу. А заканчивает целью своей жизни: «Мне бы только до тридцати лет дотянуть, а там – кубок об пол!» «Как же жить-то будешь, чем ты любить будешь? С таким адом в груди и голове разве это возможно!» — горестно восклицал Алеша. И оказалось, невозможно…

Самым сильным в романе, несомненно, является разговор заболевающего душевно Ивана с явившимся ему бесом. В этом месте вдруг становится очевидным, к чему приходит даже умный, образованный и думающий человек, отрицая Бога. Смелый и высокомерно обвиняющий Господа Иван при появлении беса проявляет уже чудеса смирения. «Я теперь точно в бреду… ври что хочешь, мне все равно!.. Вот я обмочу полотенце холодною водой и приложу к голове, и авось ты испаришься», — так увещевает он своего ночного собеседника. На что тот отвечает: «Мне нравится, что мы с тобой прямо стали на ты». «Дурак, что ж я вы, что ли стану тебе говорить», — веселится Иван. Он вообще особо с «гостем» не церемонится: «Молчи, я тебе пинков надаю», или «Не философствуй, осел!». Но, не смотря на это, бесу хорошо с ним, ведь Иван пусть несознательно, но так усердно служил ему все это время.

И видя, что именно в этот момент ничего не стоит толкнуть юношу в бездну безумия, бес разоткровенничался. На краю сумасшествия он вдруг рассказывает Ивану, что мир без Бога рухнет. Он уже рушится, и Иван своими философствованиями и претензиями к Творцу приложил к этому руку.

Бес издевается над средним Карамазовым изыскано. «Ей-богу, не могу представить, каким образом я мог быть когда-нибудь ангелом. Если и был когда, то так давно, что не грешно и забыть». «Я сатана есмь, и ничто человеческое мне не чуждо». Он плачется Ивану на свою нелегкую жизнь, на непонимания и трудности в «работе». Вот предстоит искушение пустынника: «Весь мир и миры забудешь, а к одному этакому прилепишься, потому что бриллиант-то уж очень драгоценен; одна ведь такая душа стоит иной раз целого созвездия. Победа-то драгоценна!»

Еще бес требует понимания от Ивана, потому как творит зло не по желанию, а исключительно в силу своей должности. «Я был при том, когда умершее на кресте Слово восходило в небо, неся на персях своих душу распятого одесную разбойника, я слышал радостные взвизги херувимов, поющих и вопиющих: «Осанна!», и громовый вопль восторга серафимов, от которого потряслось небо и все мироздание». Он даже захотел примкнуть к ангелам, но подумал вовремя, что без него станет слишком скучно.

И оказывается, что бес произносит мысли самого Ивана. «Глупцы, меня не спросились! По-моему, и разрушать ничего не надо, а надо всего только разрушить в человечестве идею о Боге, вот с чего надо приняться за дело!» Иван, слыша подобные суждения из уст беса, вдруг понимает, насколько глупо и ужасно это звучит. Какие губительные последствия за этим наступают! Он терял рассудок, но не хотел отступить от убеждений. «Бог, которому он не верил, и правда его одолевали сердце, все еще не хотевшее подчиниться…». А над всем этим стояла твердая убежденность Алеши: «Бог победит!»

Вот за эту благословенную уверенность душа так привязывается к роману Достоевского. В жизни ее нам так не хватает!

«Братья Карамазовы» — это чистый лист. Ты можешь застелить им свою прежнюю жизнь, и начать писать ее заново – без старых ошибок и заблуждений. Да, обязательно что-то не будет получаться, и начнет одолевать неуверенность. Но уже ведь известно, кто победит.





 Юлия КОМИНКО. «Мама, жить!»
 Юлия КОМИНКО. Одна бабка сказала, или Что в Церкви нужно пропускать мимо ушей
 Юлия КОМИНКО. Неполученное письмо
  Юлия КОМИНКО. Как аукнется…
 Юлия КОМИНКО. За Добро обидно. Нелегко ему пришлось в «Ночном дозоре»
 Юлия КОМИНКО. Почему я не понимаю греко-католиков
 Юлия КОМИНКО. «Vivat Academia!»
 Юлия КОМИНКО. Хорошее дело браком не назовут. Гражданским.
 Юлия КОМИНКО. Сколько Пречистых?
 Юлия КОМИНКО. На месте зверинца - святыня
 Юлия Коминко
 Юлия КОМИНКО. Скажем Гоблину «Спасибо!»
 Юлия КОМИНКО. Что делать в храмах с «обертками от конфет»?
 Юлия КОМИНКО. Кто пишет ноты для реквиема по мечте?
 Юлия КОМИНКО. Домашнее насилие: куда девался мир из «малой церкви»?
 В разные годы над сайтом работали
 

© Архивная версия Официального сервера УПЦ "Православие в Украине" 2003-2006 год Orthodoxy.org.ua
(при перепечатке материалов - активная индексируемая ссылка на archivorthodoxy.com обязательна)

Каталог Православное Христианство.Ру